Главная
/ Владимир Мау: «Нельзя заставить студента учиться, но можно создать условия, при которых учиться захочется»

Владимир Мау: «Нельзя заставить студента учиться, но можно создать условия, при которых учиться захочется»

25
апреля
2022
Владимир Мау: «Нельзя заставить студента учиться, но можно создать условия, при которых учиться захочется»

Ректор Президентской академии рассуждает о том, чему и как нужно учиться в XXI веке и отвечает на вопросы о высшем образовании в стремительно меняющемся мире.

- Долгие годы было принято считать, что высшее образование – это единственно возможный социальный лифт. В последние годы эта тенденция постепенно меняется. Что Вы об этом думаете? Так ли важно высшее образование, как принято считать?

- Я не думаю, что высшее образование когда-либо рассматривалось как единственный социальный лифт: в СССР его получали около 25% выпускников средних школ, но успешными бывали разные люди. Однако это важный и эффективный социальный лифт, и он остается таковым: если посмотреть средние зарплаты людей после университета и людей без высшего образования, то видно, что высшее образование дает значительную прибавку к доходам.

Важно сделать несколько уточнений и поправок. Можно ли быть успешным или суперуспешным без высшего образования? Конечно, можно. Но какая здесь причинно-следственная связь? Ты стал успешным потому, что у тебя нет высшего образования – или потому, что ты умный и трудолюбивый?

В среднем люди с высшим образованием, как правило, достигают большего. Еще одна оговорка: когда высшее образование становится всеобщим, то средняя степень успеха естественным образом снижается. Например, когда 20% лучших выпускников школы поступают в университет по конкурсу, и они лучшие уже на входе – то они оказываются лучшими и на выходе. Но когда в вуз идут практически все, эта узкая воронка перестает действовать. В среднем эта относительная успешность становится ниже просто потому, что массовость выше.

Еще одно важное уточнение – качество университета. Не существует высшего образования «вообще». В топовых университетах, в университетах второго и третьего эшелона – очень разное образование.

Наконец, меняется сама модель прихода к высшему образованию – скажем, за последние 10 лет резко возросла привлекательность среднего профессионального образования. Это рационально и правильно: почти половина школьников после 9 класса идет в колледжи. Но это не значит, что они отказываются от высшего образования: многие по окончании колледжа все же поступают в университет. Не обязательно на дневное отделение: может быть и очно-заочное, и заочное. Но к получению высшего образования стремятся.

Растет количество возможностей и опций получения образования. Можно получать образование онлайн, комбинировать разные модули и программы разных вузов. Образование становится очень диверсифицированным, и ключевой вопрос – это не выбор между высшим образованием и чем-то другим, а тем, в какой точке жизненного пути и в какой форме ты его получаешь; насколько долго ты вообще способен учиться. Особенность современного мира и технологий состоит в том, что учиться и переучиваться приходится постоянно. В этих условиях нельзя сказать, что высшее образование – это гарант успеха. Конечно, нет. Гарант успеха – это способность учиться на протяжении всей своей профессиональной карьеры и принимать решения по ее изменению, а не сидеть на одном месте и гордиться единственной записью в трудовой книжке.

Вопрос про высшее образование сам по себе устарел: он родом из второй половины ХХ века. Вопрос сегодня не в том, нужно оно или не нужно, а в том, что студент способен взять от образования, как он построит свою образовательную траекторию. В Президентской академии появляется все больше многопрофильных программ с возможностью выбирать индивидуальную траекторию обучения. И именно в этом – основные задачи и вызовы, а не в том, идти ли в вуз.

К тому же просто пойти в вуз – недостаточно. Экзамены никогда не заканчиваются, нужно постоянно заниматься своим образованием. Все это выходит далеко за рамки конкретного университета.

- Как вы считаете, когда современные школьники должны начинать задумываться о том, когда и на кого идти учиться? Могут ли они – и должны ли они делать этот выбор в младшей школе или в старших классах?

- Это очень индивидуальный вопрос. Есть гениальные математики, которые не знают ничего, кроме математики, а есть люди, которые хотят заниматься многим.

Задумываться о специальности можно начинать в любом возрасте: можно хотеть быть как мама или как папа, как космонавт или как миллиардер. Но я скептически отношусь к ранней специализации: с культурной точки зрения это делает человека однобоким. С точки зрения технологических трендов время узких специализаций закончилось в ХХ веке.

Человек должен на протяжении всей жизни менять сферы деятельности. Для этого его базовое образование должно быть достаточно широким. Необходимо иметь фундаментальные знания, позволяющие адаптироваться к самым разным сферам. Поэтому, как мне кажется, школа должна максимально откладывать узкую специализацию. Ситуация, в которой человек в седьмом классе решает, что он гуманитарий – на мой взгляд, не совсем правильная, потому что человек закрывает для себя целый пласт дисциплин технического цикла, математики, которая потом с высокой вероятностью понадобится.

Здесь, кстати, уместно порассуждать о ЕГЭ. ЕГЭ – это очень эффективный механизм для того, чтобы, скажем, талантливому абитуриенту из региона попасть в хороший вуз. Но в нынешнем виде ЕГЭ есть проблема с тем, что вы можете поступать в ограниченное количество вузов – в зависимости от набора сданных ЕГЭ. Чем больше свобода выбора для абитуриента, тем лучше; нужно больше вариативности, больше возможностей.

На мой взгляд, и современные технологические тренды – не про раннюю специализацию. Они про универсального человека.

Если посмотреть на многие тренды последних 10–15 лет, то появляется очень много характеристик с отсылкой к доиндустриальному миру – не к миру промышленности и узких специализаций, а к миру конкуренции разных секторов, отраслей, людей, технологий.

Сегодня так же нет передовых и отсталых отраслей, а есть передовые и отсталые технологии: уже нельзя сказать, что сельское хозяйство – отсталая область, а космос – передовая. И там, и там могут быть как суперпередовые технологии, так и отсталые.

Все это должно находить отражение и в образовании.

Новые перспективные специальности появляются так быстро, что на момент поступления в вуз еще не существует многого из того, что будет востребовано через шесть лет обучения.

В этих условиях важна не специальность, а человек; важна не отрасль, а качество образования. Важны талант, трудолюбие, заинтересованность в том, что человек делает, его готовность постоянно принимать новые вызовы. Что для этого может сделать университет? Университетское образование должно давать прежде всего фундаментальные знания – те, что не стареют. Это то, что позволяет дальше адаптироваться и создает основу для того, чтобы достраивать свои компетенции, где бы ты ни оказался. Конечно, это не обучение ремеслу. Это обучение учиться.

- И все же и родителям, и абитуриентам требуется конкретный ответ: что такое сегодня «перспективная специальность». Для школьника, который, например, одинаково успешен в математике, истории и химии – что бы вы посоветовали, на какие специальности посмотреть?

- Те, которые ему интересны. Одинаково успешен – не значит, что они все ему одинаково интересны.

Выбирать нужно хороший вуз (тот, где высокий проходной балл ЕГЭ). Потому что хороший вуз – это прежде всего хорошие студенты. Это место, где молодежь мотивирована к учебе: сложно учиться там, где говорят «пойдем тусоваться, учеба не важна». Если атмосфера в университете располагает к тому, чтобы учиться, а вокруг люди с хорошим уровнем знаний, то нужно выбирать такой вуз и ту специальность, от которой не тошнит. Если вы выбираете специальность, про которую все говорят, что она перспективная, но вас от нее тошнит – то ничего хорошего не выйдет. А если вы выбираете специальность, казалось бы, неактуальную – например, античные языки – и при этом вы «горите» античными языками, то в какой-то момент вы сможете стать топ-менеджером крупнейшей корпорации (если захотите, конечно), потому что, когда вы занимаетесь тем, что вам нравится, вы тренируете мозги. Нет разницы, как именно вы их тренируете – античными языками или математикой: главное, чтобы это было интересно этому конкретному человеку.

- Давайте порассуждаем о будущем профессий, связанных с науками об обществе. Будущее математики и программирования понятны, а кем можно хотеть стать после обучения в Академии?

- Наш неформальный месседж и вполне формальная миссия – помогать умным стать успешными (в карьерном ли смысле, или интеллектуально успешными, или по уровню доходов: умные и успешные должны иметь хороший доход). Академия – это школа прикладного социально-экономического и гуманитарного образования. У нас хорошие бакалавриат, магистратура и докторантура, но в основном к нам все же приходят люди, которые хотят быть практиками. Поэтому наши программы в обязательном порядке имеют управленческие компетенции. Второе – мы сделали обязательными для всех программы, связанные с цифровыми компетенциями.

Есть и третья исключительно важная особенность Академии, для меня – самая важная. Президентская академия – это полноценная школа непрерывного образования. Мы единственный в стране университет, в котором людей, проходящих переподготовку и получающих послевузовское образование, гораздо больше, чем студентов первого высшего образования.

То, что наши студенты учатся бок о бок с людьми в середине своей карьеры, которые многого достигли в госуправлении, бизнесе, науке, и потом снова пришли к нам учиться – это не программная, но очень важная часть обучения в Академии.

- Немного о студентах. Как Вы считаете, изменились ли студенты за последние 20–30 лет с тех пор, как Вы окончили университет и начали преподавать?

- Иногда говорят, что в России за 2 года меняется все, а за 200 лет – ничего. В принципе, это применимо и к студентам, причем не только в России. Студенты – это всегда студенты. Как правило, они молоды, имеют много разнообразных интересов. И они разные. Во все времена говорили о том, что студенты «стали менее мотивированными». Понятно, что в XVIII веке, когда считанные единицы поступали в университеты, образование состояло в основном в личном общении с профессорами. Это была другая студенческая жизнь, чем когда 25% или 80% выпускников школ поступают в университет.

Конечно, меняются интересы, расширяется диапазон. Но ведь мы говорим о тех, кто хочет учиться, а не о тех, кто поступает, потому что это принято или потому что родители так решили. Можно привести лошадь к водопою, но нельзя заставить ее пить. Нельзя заставить студента учиться: «учиться» – это возвратный глагол. Но можно создать условия, при которых учиться захочется. Очень важный тренд последних 10–12 лет, который постепенно распространяется от программ для более старших возрастов (например, таких, как МВА) к студентам первого высшего образования – это отношение к образованию не как к услуге, а как к инвестиции. Речь о желании пойти в университет, чтобы не просто приятно провести время, а получить отдачу.

На практике это выражается в том, что все чаще сталкиваешься с позицией «мы поступили к вам, а нам слишком легко учиться». Инвестиция – это вложение времени и (или) денег: ты проводишь в вузе несколько лет, которые мог бы провести как-то иначе. Можно найти вариант формирования основ своей карьеры вне университета. Но если вы пришли сюда учиться, то вам должно быть трудно, чтобы получить отдачу на ваши инвестиции.

- Есть стереотип, что распространение интернета и переизбыток информации плохо влияют на современных студентов.

- Все студенты разные. Иногда говорят про клиповое мышление, про то, что они способны удерживать внимание 5-7 минут и не больше. Но во всех поколениях были люди, которые, например, не любят читать.

Можно заметить, что среди тех, кто интересуется наукой и литературой, аудиокниги стали более популярными, чем чтение текстов. Можно сказать «из глубины веков», что полезнее читать текст, делать заметки. Но если нравится именно так, и это формирует мысли, создает новые ассоциации – значит, это работает.

Конечно, меняются технологии и способы доступа к информации. Кажется: зачем что-то знать, если это можно в два клика получить в интернете? На это обычно отвечаешь, что информация нужна не для того, чтобы ее запоминать, а для того, чтобы в голове формировались неожиданные ассоциации. Ты можешь узнать, что в 1861 году в России было отменено крепостное право: это просто факт. В том же 1861 году был одобрен план строительства лондонского метрополитена: это тоже просто факт. Но если наложить одно на другое, то это уже довольно интересное и новое знание о динамике общественно-политических процессов. Для того, чтобы что-то выявить – надо уметь сопоставлять. Для того, чтобы что-то найти в интернете, нужно уметь сформулировать запрос и понимать, зачем тебе нужна эта информация. В этом смысле знание, отложенное в голове, все равно необходимо: мозг постоянно с ним работает, и на рациональном уровне ты не всегда понимаешь, как именно.

- Всем известно, что Вы очень любите читать. Что Вы читаете сейчас или прочли недавно? Может быть, порекомендуете что-то студентам и абитуриентам?

- Как правило, я читаю что-то связанное с историей или экономической историей. Если говорить о художественной литературе, есть три книги, которые я часто рекомендую. Это «Евгений Онегин», «Горе от ума» и «Мистер Твистер».

«Евгений Онегин» – это действительно энциклопедия русской жизни, как правильно отметил Белинский. Там каждый раз находишь новые глубокие наблюдения. Несмотря на то, что Пушкин был очень молодым человеком, когда писал «Евгения Онегина», с возрастом находишь новые и новые идеи и соображения. «Мистер Твистер» – это глубочайшее и совершенно недооцененное произведение. Он очень четко характеризует человеческие отношения. Там есть все, включая экологические проблемы, семейные отношения. А «Горе от ума» – это фантастическое по афоризмам произведение, где вы найдете ответы почти на все жизненные ситуации.

Я с удовольствием перечитываю Бродского.

Совершенно недооцененный роман, который мало кто читал – «Бессонница» Александра Крона. Этот советский писатель известен своими пьесами из жизни армии и флота, а в конце жизни он написал совершенно пронзительный роман «Бессонница».

Возможно, это прозвучит банально, но мне нравится Шекспир, особенно исторические хроники и трагедии.

Есть гениальный перевод на русский язык «Дон Жуана» Байрона с потрясающим описанием нравов конца XVIII века, в том числе и в России.

Я очень рекомендую читать дневники: они гораздо интереснее мемуаров. В мемуарах человек объясняет, почему он был прав, а все остальные нет, а в дневниках он записывает неискаженную историю. Конечно, речь о дневниках умных и наблюдательных людей.

- Что нового появится в Академии в новом учебном году, о чем хотелось бы рассказать абитуриентам и их родителям?

- Осенью 2021 года мы успешно участвовали в конкурсе на правительственный грант по программе «Приоритет 2030». Академия получила максимальную по объему поддержку, и для нас реализация этого проекта – это несколько очень важных направлений работы. Например, это развитие Академии как национальной школы управления, международной бизнес-школы, национального консалтингового центра.

В этом проекте одно из важнейших для нас направлений в области образовательной политики – движение в сторону многопрофильности. Это очень важный тренд этого года. Мы уже говорили о том, что фундаментальное образование создает основу для перспективной специальности. Вторая часть ответа – это возможность получения двух или трех профессий. Одним из первых развивать многопрофильные программы в Академии стал Институт общественных наук, но сейчас мы делаем новый шаг в этом направлении. Мы трансформируем большую часть программ в сторону того, что мы называем «широким бакалавриатом», который позволяет студенту после первого курса получить две-три специализации. Это сейчас важно и с точки зрения выполнения поручений Президента В. В. Путина, который в Послании 2020 года поставил задачу дать возможность студенту менять специальность после второго курса. Мы стараемся сделать так, чтобы студент мог не только менять, а дополнять ее, чтобы он мог выбрать два-три параллельных трека своего развития. Сегодня и законодательство об образовании дает возможность записывать в диплом две специальности.

Родителям и абитуриентам стоит обратить внимание на многопрофильные программы: это интересно и полезно. Студенты, как правило, понимают все это гораздо лучше: если родители спрашивают «кем он будет работать», то студент будет выбирать те программы, где больше возможностей, больше опций.

Еще одно направление – мы усиливаем вовлеченность наших партнеров из сферы госуправления, госкорпораций, бизнеса. Мы развиваем практическую управленческую направленность обучения.

Разумеется, важно все то, что относится к цифровой грамотности. У нас есть мощная программа, инициированная Председателем Правительства М.В. Мишустиным, где мы готовим лидеров цифровой трансформации: заместителей министров, вице-губернаторов, вице-мэров – всех, кто отвечает за цифровую трансформацию своих ведомств. Это важный блок, который будет масштабироваться и распространяться на все другие уровни образования, двигаясь от уровня топовых управленцев в области цифры в бакалаврские и магистерские программы.

- Недавно в новостях говорили о том, что 66% россиян высказались за возвращение специалитета и отмену бакалавриата и магистратуры. Есть ли в этом смысл?

Если вы хотите учиться, то вы будете хорошо учиться, а при нежелании – не будете. Когда Президент сказал о том, что в образовании должна быть схема не «4+2», а «2+2+2» – это именно о том, что уже после второго курса нужно иметь возможность менять направление. Непонятно, почему четыре года обучения могут быть лучше пяти, а пять – лучше шести. Вы либо способны, либо неспособны организовать хорошее образование.

В Советском Союзе было очень большое число вузов, в которых специалитет составлял четыре года, а вовсе не пять. (Кстати, я оканчивал именно такой. Это, в частности, позволило раньше начать работать, раньше защитить диссертацию.) Вопрос только в том, будет ли студент по-настоящему учиться, будь то четыре, пять или шесть лет обучения. Главное – учиться всю жизнь и понимать, что экзамены действительно никогда не кончаются.




<<



Анонсы

Все анонсы
19 июня - 30 августа
05 сентября - 08 сентября


Схема проезда
Справочная служба
Телефон: +7 (383) 373-13-45
E-mail: common-siu@ranepa.ru

Приемная комиссия
630102,г. Новосибирск,
ул. Нижегородская, 6

Телефон: +7 (383) 218-09-09
+7 (965) 820-34-20
Часы работы: 9.00 — 18.00

E-mail: priem-siu@ranepa.ru
Пресс-служба
Телефон: +7 (383) 373-15-38
+7 (383) 373-13-82
E-mail: uprvsik-siu@ranepa.ru
ryazanova-ta@ranepa.ru

Президентская академия – национальная школа управления